25 декабря Рождество Христово 1 день

4 Который [Иисус Христос] отдал Себя Самого за грехи наши, чтобы избавить нас от настоящего лукавого века, по воле Бога и Отца нашего;

5 Ему слава во веки веков. Аминь.

6 Удивляюсь, что вы от призвавшего вас благодатью Христовою так скоро переходите к иному благовествованию,

7 которое, впрочем, не иное, а только есть люди, смущающие вас и желающие превратить благовествование Христово. (Гал. 4,4-7)

Возлюбленные в Господе!

В этой главе Послания к галатам апостол Павел пытается освободить местных христиан от влияния, которое оказали на них иудейские учителя. Павел показывает, как безрассудно поступили галаты, позволив увести себя от евангельского учения об оправдании и лишить себя свободы ради идеи рабства в законе Моисея. С этой целью Апостол Павел и рассматривает превосходство нового завета над старым (ст. 1-7). В этой главе Павел обращается непосредственно к тем, кто слушал воинствующих иудеев, пренебрёг Христовым Евангелием и попал под рабство закону. Чтобы убедить галат в их безрассудстве и исправить их ошибку, он показывает в этих стихах, на примере несовершеннолетнего наследника, какие великие преимущества имеем мы, живущие во времена евангельского домостроительства, перед теми, кто жил под законом. Павел открывает нам, насколько блаженнее положение христиан в период новозаветного домостроительства, когда пришла полнота времени, назначенного Отцом, для того чтобы положить конец домостроительству закона и вместо него установить другое, более совершенное. Бог послал Сына Своего, который должен был ввести это новое домостроительство; и Он явился в должное время для этой великой цели, как было предсказано и обещано еще прежде основания мира. Ради ее осуществления Сын Божий родился от жены, воплотился и подчинился закону, поработив Себя. Тот, Кто был истинным Богом, ради нас стал человеком, чтобы спасти нас от тяжкого ига и дать более понятные и легкие евангельские заповеди. В действительности, придя в этот мир, Он имел в виду нечто более великое, чем просто освободить нас от рабства обрядового закона. Он согласился пострадать и умереть за нас, чтобы искупить нас от гнева Божия и от проклятия нравственного закона, тяготевших над всеми нами как грешниками, чтобы мы получили усыновление, чтобы мы уже не считались рабами, и чтобы с нами обращались как с сынами, достигшими зрелости, которым дается больше свобод и привилегий.

В древнем мире процесс развития к зрелости был определен более четко, чем в наше время. В иудейском мире в первую субботу после исполнения двенадцати лет, отец брал сына с собой в синагогу, где его провозглашали "Сыном закона". Мальчик произносил молитву, в которой он говорил: "О Боже мой и Бог отцов моих! …Твои заповеди, беру на себя и буду нести ответственность за мои действия по отношению к Тебе". Это была ясная и важная  черта в жизни мальчика, когда он становился мужчиной. В Греции мальчик воспитывался отцом с семи до восемнадцати лет. После этого он становился эфебос - кадет, ученик военного училища, и два года был в распоряжении государства. А прежде чем мальчик становился эфебос, во время церемониального обряда ему обрезали длинные волосы и приносили их в Жертву богам (не напоминает ли это атеистический совок?) В римском праве не был твердо зафиксирован возраст, с которого мальчик становился совершеннолетним, но обычно это было между четырнадцатью и семнадцатью годами. На священном семейном празднике Либералиа (освобождение) мальчик снимал детскую тогу и надевал обыкновенную тогу, которую носили все взрослые. После этого друзья и родственники вели его на форум и формально вводили в общественную жизнь. По римскому обычаю в день, когда юноши и девушки достигали совершеннолетия, юноша приносил в жертву богу Аполлону свой мяч, а девушка – свою куклу, чтобы показать, что они покончили с детскими забавами.

Наследник-дитя в глазах закона мог владеть громадным имением, но он не мог принять никакого правового решения. Все делали и решали за него другие люди, и поэтому практически у него не было больше прав, чем у раба. Но как только он достигал совершеннолетия, он становился полноправным владельцем своего наследства. Итак, аргументирует Павел, в тот период, когда мир был дитём, нам был дан закон. Но закон давал лишь элементарные знания (стоихеиа). Например, древний мир был одержим суеверием в астрологию и многие верили в то, что судьба человека определяется звездой, под которой он родился. Люди жили под гнетом звезд и жаждали освободиться от него. Некоторые ученые считают, будто Павел указывает здесь на то, что в какое-то время галаты очень страдали суеверием в зловещее влияние звезд. Но весь отрывок указывает на то, что слово стоихеиа употреблено в смысле элементарного знания. Павел заявляет, что в то время, когда галаты – можно сказать «все люди» – находились в стадии младенчества, они страдали под гнетом закона. Но когда были созданы необходимые предпосылки, явился Христос и освободил людей от этой тирании. Люди больше не рабы закона, они усыновлены и вступили в свои права. Детство, принадлежавшее закону, должно быть преодолено. Пришло время свободы человечества.

Полнота времени относится ко времени, назначенному Небесным Отцом, времени, когда наследники войдут в возраст. В нескольких словах изложено величайшее утверждение, касающееся Божественной и человеческой сущности Спасителя. Он – вечный Сын Божий, и все же Он родился от жены. Если бы Иисус был только человеком, не было бы причины говорить, что Он родился от жены. Как же еще может родиться человек? Это выражение применительно к нашему Господу свидетельствует об уникальности Его Личности и Его рождения. Рожденный в этот мир израильтянином, Он, конечно же, подчинился закону. Но как Сын Божий, Иисус никогда не был под законом - ведь это Он его и установил. Но в преизбыточной Своей благодати Он Сам подчинился установленному Им же закону, чтобы возвеличить его в Своей жизни и понести его проклятие в Своей смерти. Закон требовал от тех, кто не смог его исполнить, платы – платы смертью. Прежде чем Бог мог сделать людей Своими детьми, нужно было заплатить эту цену. Поэтому Господь Иисус, придя в мир как Человек, принадлежащий к иудейскому народу, заплатил ту цену, которую требовал закон. Он – Человек, и потому мог умереть вместо человека.

Ход рассуждений апостола приводит нас к следующему пониманию текста. Израиль был первородным сыном Божиим, но теперь в Новом завете каждый верующий получает усыновление, а как залог и доказательство этого вместе с усыновлением он получает Духа усыновления, дающего ему право обращаться к Богу как к своему Отцу (ст. 6): А как вы сыны, то Бог послал в сердца ваши Духа Сына Своего, вопиющего: «Авва, Отче!» И вслед за этим апостол делает заключение (ст. 7): «Посему ты уже не раб, но сын; а если сын, то и наследник Божий чрез Иисуса Христа». Поэтому не следует возвращаться к закону и искать оправдания через дела его. Чудеса божественной любви и милости проявляются в том, что Бог Отец послал в мир Сына Своего ради нашего искупления и спасения, а Божий Сын смирился и много пострадал ради осуществления этой цели. Дух же Святой из  милосердия снизошел до того, чтобы обитать в сердцах верующих. Это великие и неоценимые преимущества, какими обладают христиане в век Евангелия. Мы получаем усыновление. Мы получаем Духа Сына Божия. Мы все приняты в число детей Божиих, ибо Он желает, чтобы все Его дети были похожи на Него и были спасены.

Доказательством того, что мы дети Божие, является инстинктивный вопль сердца. В нужде и страданиях человек взывает к Богу: "Отче!" Павел употребляет даже повтор: "Авва, Отче!" (Авва – «отец» на арамейском языке). Это слово часто было на устах у Иисуса; его звучание было столь священным, что люди бережно сохранили его. И Павел считает, что этот инстинктивный вопль человеческого сердца является плодом Святого Духа. Если сердца наши так взывают к Богу, значит мы знаем, что мы дети Божии и полностью наследуем благодать Его. Таким образом, те, кто живут по закону – еще дети, а познавшие благодать, – стали зрелыми в христианской вере.

И мир Божий, который превыше всякого ума, да соблюдёт сердца и помышления наши во Христе Иисусе! Аминь.